Wakai Kami часть 12

В Намирре стало снова спокойно. Стоны раненых, детский плач, шум разбираемых завалов никуда не делись, но люди чувствовали себя увереннее и спокойнее. Окружающие деловито занимались делами, стараясь поскорее вернутся к мирной жизни и забыть ужас произошедшего.

Двое разведчиков, отправленных сержантом, осмотрели окрестности на десяток километров в противоположных направлениях в поисках налётчиков и возможной угрозы новой атаки. Всё, что они нашли - несколько мёртвых тел и оброненное оружие неподалёку. Этот след вёл на запад, что вполне подтверждало слова допрошенного мной раненого. Момент настигнуть остатки банды и уничтожить окончательно был оптимальным. Но нам было сложно не то что ввязываться в бой, но и обеспечить надежную защиту деревни - людей, способных держать оружие было чрезвычайно мало. Не оставалось иного выбора, кроме как оставаться в деревне. Думаю, я бы смогла, но почти голышом, с пустыми руками?...

Сержант же ходил мрачнее тучи, да и некоторые его подчиненные начали понимать: этот малочисленный отряд, пускай и подготовленных солдат, использовали как пушечное мясо. Сомнительно, что в преддверии большой войны на западе местный правитель оставил бы себя без солидного отряда охраны. А сюда были посланы те, кто своими смертями обеспечил бы землевладельцу оправдание перед императором: он, мол, войско послал, но то не справилось - посему, вины землевладельца в этом нету.

Банальная бюрократия, построенная на крови...

. . .

Меня и Анну Дороти отправила в ближайший лес, якобы за травами. Но дело было в другом - причину можно было назвать весьма кощунственной, после всего то, что случилось. Мисс Дойл это прекрасно поняла, и отослала двух влюблённых футанари с глаз взволнованных односельчан, что бы мы не начали творить непотребство прямо у мёртвых тел. У людей всегда так - сильная опасность, зачастую, пробуждает не только стремление спастись, но и страстное сексуальное желание.

Да, мы хотели трахаться, просто как дикие животные!

Если я себя ещё немного контролировала, то у Ани в глазах просто "хуи стояли". Ещё немного и случится непоправимое, такого бы нам не простили... Такова уж наша суть, как футанари: наши сердца скорбят о потерях, а тела - хотят крепкий член, да по толще...

Быстрым шагом углубившись в подлесок, мы просто набросились друг на друга, лаская губами, освобождаясь от одежды. Кто её только выдумал? Бесполезная вещь...

— Марика... Любимая... Я не могу терпеть.., - дыхание Ани обжигает мне кожу. Глазами таврисса меня поедает, лаская мне груди. Мой член, набухая подымается между упругих холмов, оставляя слизистый след. - Ну же!.. Как в пещере... О, боги, как же я тебя хочу!...

Ещё немного и девушка, утратив рассудок, просто подомнёт меня под своё большое тело в порыве страсти. Я игриво её отстраняю, словно она ничего не получит. И в этот миг на меня смотрят глаза, полные вселенской скорби - как же, почему её отвергают?

Как же забавно, оказывается, её дразнить. Она вот-вот заплачет. Громадный лошадиный член подрагивает, капая смазкой.

- Нет, девочка, мой ротик ты не получишь, - грожу ей пальцем, сияя самой сучьей улыбкой, на которую только способна.

Обернувшись, отвешиваю своему большому заду сильную "оплеуху" и, игриво виляя попой, демонстрирую Ане её приз: приветственно раскрытый анус. Рука по запястье свободно погружается в задний проход. Я делаю себе быстрый фистинг, наблюдая за пышущей жаром тавриссой через плечо, страстно постанывая - Анюта увидела короткое грязное шоу. Рука покидает анал с влажными пошлыми звуками, отвесив под конец ещё один шлепок по моей сочной жопе.

— Ну как? Ты хочешь её? - ещё пару волнистых движений плотью. - Милая, почему я до сих пор ещё анальная девственница? Неужели не нравлюсь?...

. . .И с радостным визгом обхватываю руками ближайшее дерево, когда Анна ударяет передними копытами в ствол над головой. Её член шлепает по моей упругой, пухлой заднице, нетерпеливо пытается вогнать в меня свою широкую плоскую залупу. Руки на дереве сами по себе усиливают хватку, когда горячая, словно огонь, головка огромного "жеребца" пачкает смазкой тугое кольцо моей дырочки.

Резкий толчок! Проклятие, это больно!

Я слышу, как стонет таврисса от того, как мой зад "глотает" её плоть всё глубже. Анна успокаивающе что то мурлычет, погружаясь всё дальше, а я понимаю, что слегка просчиталась - это мясное полено меня сейчас порвёт!

Краем глаза замечаю, как улыбка пересекает ее похотливо покрасневшее лицо.

— Расслабься, детка, иначе будет только больнее.., - да я уже поняла! Было самонадеянно подставлять мою бедную попку этому дикому жеребцу!

Трудно последовать ее совету, "обнимая" анусом перевитый венами толстенный ствол, но иного не остаётся и я чувствую, как её длинна раздвигает меня изнутри. По крайней мере, её обильные соки смажут меня до того, как таврисса разорвёт мне зад. Когда Аня, наконец, погружается в меня целиком, ощущение ее горячих яиц, прижатых к шикарно растянутой заднице - лишь небольшое утешение, ведь я сейчас почти обездвижена.

Насаженная на этот пульсирующий "вертел", я дрожу от томящего напряжения, роняя громкие стоны. Аня делает длинный вздох удовлетворения и просто оставляет свой член в моём теле, наслаждаясь чувством победы над моей задницей, и словно давая время привыкнуть.

— Спа... Спасибо.., - мой член, что нежно ласкают качающиеся груди, так и простит, что бы я взяла его в рот. Но в этот момент...

— Ох, да! Как же узенько здесь у тебя!.. Похоже, мне придется хорошенько над тобой постараться, - я слышу игривые намёки тавриссы и...

. . .Громкий стон срывается с моих губ, когда жар и объём ее пульсирующей колбасы глубоко врезаются в моё тело, лишая меня способности членораздельно говорить. Она смеётся, медленно отстраняясь, мои соки и ее преякулят делают это движение намного легче, чем грубый толчок в глубину. Наконец внутри остаётся только головка громадного члена, что жадно держит мой анус.

- Не хочешь, чтобы я выходила? Изварщенка.., - Анна хихикает. - Не волнуйся, я не собираюсь.

Девушка снова яростно таранит мой зад, мгновенно заполняя и заставляя кричать от восторга, когда ее член трется о каждый чувствительный уголок моих внутренностей. Её ритм неумолим, когда она "втрахивает" меня в землю, наконец нависая над моим поднятым задом. Моё лицо на земле, когда ее бедра грубо качают взад и вперед - эта жестокость только заводит.

Массивные яйца громко шлёпают по моей задранной к верху жопе всякий раз, когда Анна с звериною яростью вонзается внутрь меня. Смесь наших соков с хлюпаньем брызжут из моей разбиваемой дырки и потоком текут по ногам, когда громадный елдак отходит назад.

— Я.. Сейчас.. Кончу!.. - стон похотливой тавриссы звенит у меня над головой.

Анина рваная речь переходит в громкий вдох, за которым следует протяжный и сладостный стон, когда ее член пульсирует и взрывается в моих недрах, заполняя кишечник нагрузкой теплой лошадиной спермы. Неистовые толчки тавриссы замирают только на мгновенье, словно набирая разбег и очередной щедрый поток семени выплёскивается разом с ленивым толчком Ани.

Моя аппетитная задница заполняется все больше, с каждым погружением члена в её глубину. Пассивно лежать - это всё, что мне позволяют и я могу лишь чувствовать, как ее шары дергаются и подрагивают, извергая сперму прямо в мои внутренности.

Когда ненасытная "лошадь" наконец меня отпускает - я переполнена густой липкой слизью, а внутри горячо. Анна, высвобождаясь из моей раздутой задницы с влажным хлопком, вызывает каскад избыточной спермы, текущий из моей разбитой дыры вниз по ногам.

Блаженно зажмуренный взгляд говорить, что она всё ещё голодна. Сейчас ёе полностью эрегированный член даже больше, чем был до того, как она в пещере выебала меня в лицо, мощно пульсируя струями спермы мне в рот и на грудь.

Я киваю ей и, тяжело дыша и осторожно ложась на спину, приподнимаю бёдра. Намёк очень "тонк

ий", но на большее я пока не способна, потому что в мозгу одна только мысль: "Почему этот хуй ещё не во мне?".

Анна мгновенно склоняется, ее массивный толстый член мокро шлепает по моему - а ведь я её в размере то уже догнала!- и, скользнув вниз по сочащейся соками киске, находит свою настоящую цель.

"Внимание: момент для зачатия - оптимален!", - предупреждает детский голос у меня в голове.

"Пилка... Заткнись...", - пытаюсь я её приструнить.

В мой задний проход врезается грубый удар, и со стоном усилия Анна вгоняет разом весь член до самых яиц, кажется, перемешивая мои потроха с яростным движением бёдер!

— О, боги..., - выдыхает она, глядя на меня у нее между ног. - Это так приятно...

Стон наслаждения - вот весь мой ответ. Проклятие, она большая девчонка... Такое чувство, словно её распухший таран растягивает меня, как резину. Моя попа просто ещё не готова для таких экзекуций... и от этого мне только слаще. Мои стоны, словно из уст грязной шлюхи оглашают округу. Аня входит всё глубже с милым и нежным "хеканьем" от усилий, растягивая своей плоской головкой изнутри кожу на моём животе.

- О-О-О, да.., - выдыхает она, на мгновение закрывая глаза и наслаждаясь тем, что во мне так глубоко. - Марика, я буду наполнять тебя... до тех пор... пока ты не лопнешь...

Мои массивные яйца, что покоятся на её члене, лишь добавляют приятного трения сверху, когда сильный толчок сменяется пустотой. Этот упругий стержень пылающей плоти выпрямляет меня в пояснице. Если бы Аня сейчас побежала, я бы так и осталась на члене, как переносная дыра для мастурбаций. Подобная мысль вынуждает кое-как вцепится в лоснящиеся бока тавриссы, что даёт мизерный шанс сопротивляться все возрастающему темпу толчков.

Трудно признать, но это доставляет мне наслажденье. Я кричу под ней в такт ударов бёдер тавриссы, и понимаю, что в этот раз кончу раньше нее. Моя набухшая от вожделения киска резко сжимаясь, брызгает смазкой, влага стекает по ягодицам. Мой громадный член готов вот-вот лопнуть от напряжения, но эякуляций всё нет. Анин распухший таран так пережал мне простату, что не дает моей сперме излиться! Дышу через раз, агония экстаза ломает тело, бёдра приподнимаются над землёй в попытке освободится, но тут же прижаты к земле очередным могучим толчком.

- Ой, так ты кончила?- она радостно визжит, трахая меня безо всяких забот. - Ты так плотно сжалась вокруг меня! Это просто прекрасно! Не смей изливаться - так меня и держи!

Мне кажется, моя таврисса уже на пределе. Не нужно быть детективом, чтобы понять, что означают громогласное шлепанье толстых яиц о мой зад, приправленные громкими стонами похоти. Оргазм словно вышибает почву у неё из-под копыт. Анна ловит себя в последний момент умудряется замедлить свой спуск, но конечный результат уже не изменить: теперь у нас есть таврисса, лежащая сверху, пока она кончает мне в задницу.

- Я... кончаю! - ошеломленно стонет она. - Боги, да!..

Меня встряхивает под ней еще раз, массивный поток спермы заливает мои сокровенные тайники. С Анной верхом, я могу лишь наслаждаться тем, как она опорожняет свои яйца внутри меня с удовольствием.

- Н-г-х! - она стонет, яростно дёргая бёдрами, погружаясь всё глубже и глубже внутрь неподвижного спермоприёмника.

С каждым вскриком я могу ощутить, как таврисса, дрожа от экстаза, густым влажным потоком спермы заливает мои кишки. Аня роет землю копытами и руками, подгоняемая фонтаном освобождения, когда, наконец, поток семени начинает спадать...

- О, боги... - она вздыхает словно возвращаясь в сознание. - Это было шикарно... Прости, милая, что лежала верхом на тебе, но... но мне было так хорошо...

Межу тем, она не делает ни малейших движений, чтобы слезть, а через пару секунд я понимаю - она снова "твердеет" у меня внутри, все еще по самые яйца в моей заднице.

- Обещаю, на этот раз я буду нежнее, - сладко воркует Анечка, начиная раскачку опять...

Она лжёт.

. . .

Солнце клонится к закату. Я пролежала под своей ненасытной женой почти три часа...

Онемевшие ноги дрожат, когда таврисса, наконец, отрывается от моего распростертого тела, сладко вздыхая. Ее член скользит из моей в хлам разъёбаной жопы, сперма брызжет на землю, больше не будучи запертой внутри Аниной плотью. Её увядающий член дергается раз или два, извергая липкое семя по всему моему животу и груди, пока таврисса разминает затёкшее тело.

- Спасибо, любимая, - она пускается рядом со мной. - Ты просто невероятна - приняла всё!

В тот момент, когда я открываете рот, чтобы вдохнуть и ответить, сгусток сливочной спермы выливается из губ на землю. Эта негодница перестаралась, трахнув меня так глубоко, что наполнила спермой мой рот через попку!

Да откуда столько берётся в моей милой Анечке?

Придерживая руками колышущийся живот, кое-как поднимаюсь на ноги. Следующие пятнадцать минут приходится потратить извергая потоки густых липких "сливок" из задницы.

—. .. Анька, ты - ненасытная прорва, - беззлобно смеюсь. - Как нам теперь возвращаться в деревню? Бабушку Дороти хватит удар, когда увидит, как ты меня "накачала"...

- Может... Может я помогу?

- Как ты поможешь, родная? - откровенно смеюсь.- Ещё немного осталось, а остальное в сумерках не заметят...

. . .

Натягивая одежду на впопыхах оттёртое от спермы тело, я ощутила растущий жар. Снова? Опять перемены?!

— Анька, сюда, скорее! - зову я подругу. - Кажется, опять началось.

Девушка понимает, что я имею в виду - моё тело получит новый толчок к улучшению. Заботливые руки обхаживают меня в поисках очевидных перемен, но я чувствую жар в груди - мои сиськи просто горят!

-Аня, здесь, - я кладу её руки на свои холмы. - Чувствуешь?

Девушка с восторгом смотрит мне в глаза: мы обе под нежными пальцами ощущаем пульсирующий рост! Моя киска капает девичьим соком, на безразмерных штанах растет пятно, словно я обмочилась, но накаты истомы больше не валят с ног.

Теперь мои сиськи больше и мягче, чем в прошлый раз. Без сомнений - это пятый размер.

— Завидуй, Анюта, - улыбаюсь тавриссе, слегка подбрасывая своих подросших девочек в ладонях.

Нет, всё таки - одно дело думать о том, что получу большую грудь, и совсем другое - чувствовать, как сиськи тянут вниз, становясь все тяжелее и массивнее. Не в силах устоять, я снова взвешиваю их. Мои малышки такие теплые и мягкие, что просто преступление не дать им несколько игривых шлепков.

. . .

Уже стемнело, когда мы возвращались домой. Моя грудь словно светилась от теплоты и по пути за эти четверть часа выросла ещё на размер! Приятно покачиваясь и подрагивая под одеждой, с торчащими вперёд крупными сосками, она просто жаждала получить пару хороших порций тёплой спермы в ложбинку и на тёмные ареолы.

Время от времени по груди пробегали приятные покалывания. Мои, размером с вишенку, соски даже ощущали себя влажными. Неужели, я скоро начну кормить грудью?

А у самого дома это и вправду случилось: грудь под одеждой ощутила сырое тепло, а на запястье упала первая, сливочно-белая капля.

У меня началась лактация!

Моё тело становится всё более плодородным, готовясь дать ростки новой жизни. И это прекрасное чувство!

Что бы выкормить моих детей, детей Ани, детей всех тех женщин, что я трахну, мне нужна большая продуктивная грудь. Ведь у заботливых ласковых мамочек - всегда огромные сиськи!

А мои растущие, капающие молоком груди не должны трепыхаться в драных лохмотьях. Мне нужно красивое удобное бельё для моих девочек и труженицы-попы, что так сегодня поработала. Я оказалась сильна, словно демон, но женщиной быть не перестала.

— Ань, покажешь завтра, где ферма Бет?..



12

Еще секс рассказы