Манипулирование временем и управление разумом. часть 4: Застывшая любовь грудастых матерей

Вступление: Джастин стремится показать своей матери всю любовь и страсть, которую она не получила от жестокого мужа!Аврора Притчард

Я вздрогнула, лежа на кровати, чувствуя, как сперма моего Мастера высыхает на моих девятнадцатилетних сиськах. Я стала секс — рабыней сегодня. Джастин Сэмпсон, мой Мастер, загипнотизировал меня, когда остановил время. Я не знала, как он мог заморозить время или как его слова, нашептанные на ухо человеку, могли переписать их мысли и желания. Мне было все равно, как все это работает.

Имело значение только одно. Мне нравится быть его шлюхой, его секс рабыней.

Он исполнил все мои секретные, странные фантазии. Я была главной болельщицей колледжа. Я была одной из самых популярных девушек в нашем колледже. У меня не должно было быть таких извращенных желаний. Я должна была встречаться с квотербеком и быть идеальной девушкой. Что я и делала до сегодняшнего дня. Я ненавидела это. Я была фальшивкой, заставляя себя быть тем, кем все хотели меня видеть.

Теперь я просто должна был быть тем, кем хотел меня видеть мой Мастер.

Потому что Джастин Сэмпсон освободил меня от всех этих подделок. Он дал мне то, что я всегда искренне желала. Был ли мой новый взгляд, моя новая радость вызвана тем, что меня меняли силы Мастера, или я действительно чувствовала это, мне было все равно. Для меня действительно важно, что я сексуальная рабыня. Это была моя реальность. Я любила это.

Я взглянула на свои часы. Было уже 8 вечера, это слишком рано для меня, чтобы спать, но я была измотана после целого дня траха. Не смотря на это я хотела, чтобы мой Мастер был здесь. Чтобы он еще раз трахнул меня, я была ненасытна. Интересно, что он делает сейчас? Он, наверное, тоже уставший, как и я. Может, он спит? Или же планирует кого еще трахнуть. Я была не против того чтоб он трахался с кем то кроме меня. Просто хотела, чтоб у него остались силы и для меня.

Я вышла из комнаты, накинув халат. Его засохшая сперма все еще прилипала к моей груди. Мои дырки были заполнены до придела.

В доме было тихо. Я не слышала маму, которая чуть не застукала нас с Джастином сегодня. Она пришла ровно через пять минут после того как Джастин ушел.

Жалко, что она не поймет, что я так счастлива. Она такая же, как и мои подруги, Она была звездой в школе и в колледже. Она вышла замуж за спортсмена, который оказался козлом, когда я родилась, она воспитала меня такой же сучкой как она сама. Сейчас она была разведенной и жила на алименты моего отца. Она нигде не работала и проводила время, ухаживая за своим телом. Интересно для кого старалась.

Мне надо сказать Джастину, чтобы он загипнотизировал ее. Она бы потом нам не мешала. Мы бы могли все время, проводит вместе с моим Мастером.

С этими мыслями я зашла на кухню, чтобы налить себе сока. Открыла холодильник, взяла сок и... не смогла налить себе в стакан. Сок замерз.

Джастин Сэмпсон

Я улыбнулся тишине, охватившей мой дом. Я чувствовал это. Я остановил время еще раз. Ровно через двенадцать часов после того, как я сделал это в первый раз, когда я сделал паузу всего за несколько секунд до того, как Крис, ударил меня кулаком по лицу. Я улыбнулся, сидя в своей постели. Мне больше не нужно было быть трусом.

У меня были силы.

За несколько минут до того, как я остановил время, я пытался не обращать внимания на моих родителей, ругающихся внизу на кухне. Ну, мой папа орал, а моя мама просто пыталась избежать, еще одного «черного глаза». Мне было девятнадцать, и я уже должен был что-то с этим сделать. Я раньше был трусом. Но не сейчас.

Я встал и с голыми ногами пошел по ковру. Двигаясь, я заметил, что отпечатки моих ног остались на шерстяном полу. Волокна ковра не восстанавливали былую форму. Реальность была заморожена. Я мог манипулировать вещами, перемещать предметы, даже людей. Однако в тот момент, когда я переставал к ним касаться, течение времени остановилось для них, и они снова замерзали. Это было странно и удивительно.

Я улыбнулся. Я люблю останавливать время. Так удивительно. Я мог сделать что угодно

Одетый только в клетчатые боксеры, я подошел к двери моей спальни. Я распахнул его, петли издали звук, единственный звук, который я услышал. Я так же обратил внимание, что все лампочки были включены. Электричество тоже должно было остановиться, потоки электронов, проходящих через газ в лампах, и освещающих комнату. Даже фотоны, излучаемые возбужденным газом, должны быть заморожены.

Так как я мог видеть... ?

Это было ошеломляюще. Я хотел изучить все это, и знал, что мой друг Сэм найдет все это настолько захватывающим, но мой мудак — отец, был пьян внизу, избивал мою маму. Теперь пришло время что-то с этим сделать.

Я должен был остановить его.

Весь день, в перерывах, когда я не трахался со своей сексуальной рабыней Авророй, я думал о том, что делать со своими способностями. Как отомстить всем тем людям, которые издевались и смеялись надо мной. Как помочь моей единственной подруге Сэм. Как проучить президента Брукса за то, что он разлучил нас с Эдди. И, конечно же, что делать с моим отцом-алкоголиком.

Я сжал кулаки, когда шел по лестнице, мое тело пульсировало от волнения. Я знал, что могу изменить людей. Все, что я говорил им, пока они были заморожены, переписывало их мысли и желания. Мои слова перепрограммировали их. Я сделал это с Авророй, превратив ее в мою сексуальную рабыню. Я также сделал это с Кассандрой и ее парнем Хосе, превратив ее в шлюшку. Я также превратил Криса и его двух подонков в гомосексуалистов. Они сбежали из колледжа, когда поползли слухи о них.

Как и в случае с Авророй, парни были случайно перепрограммированы. Когда я переставлял их, чтобы они выглядели так, как будто они трахались, я говорил слова в гневе. Я тогда не знал о своих силах. Во время моей напыщенной речи я сказал Крису и его друзьям, что все они педики. То, что они издеваются надо мной, потому что они хотят сосать члены друг друга.

Могу поспорить, они трахались прямо сейчас.

Так что я знал, что могу исправить свою семью сейчас. Обидно, что моей младшей сестры Кристал не было дома. Она была в доме своей подруги Джи-Юнь. Я понимал Кристал, она хотела как можно дольше не приходить домой. Но это означало, что я не могу дать ей никаких инструкций в течение этого периода застывшего времени.

Я продолжал спускаться по лестнице, воспоминая о задницах Кристал и Джи-Юнь с сегодняшнего утра, когда они шли в колледж. То, как они держались за руки, заставило меня задуматься, были ли они тайно лесбиянками. Если нет, я мог бы превратить их в лесбиянок, а лучше в бисексуалок. Фантазия рисовала мне красочные картинки того как моя сестра и Джи-Юнь сосут мой член и целуются передовая мою сперму друг другу.

Блин, я любил свои силы.

Я был так возбужден, когда я достиг нижней части лестницы и пошел через гостиную. Еще несколько шагов, и я распахнул кухонную дверь и обнаружил хаос внутри. Большой стеклянный кувшин разбился, стекло окружало пол вокруг моей матери. Она лежала в своем халате на линолеуме и...

Зрелище захватило меня.

На моей маме был розовый халат, и оно было наполовину разорвано, в момент, когда отец бросил ее на пол. Ее правая грудь вылезла, круглая и мягкая, вокруг соска было большое розовое кольцо. Это был сосок, который я сосал, когда был младенцем. Мама выглядела так ранимо, ее каштановые волосы наполовину закрывали ее лицо. Ее левая рука была поднята перед ней в защитном жесте. Несмотря на страх, такая жажда пронзила меня.

Мамина грудь выглядела так привлекательно.

Мой член сильно раздулся в моих боксерах, когда я пересмотрел свои план. Я смотрел на свою мать, из-под низа ее халата выглядывали ее бедра, они были пышными и гладкими. Внезапное желание увидеть дырку, родившую меня, пронзило мой разум.

Запретные фантазии танцевали в моей голове. У меня была сила. Я мог бы сделать ее счастливой. Я мог бы дать ей удовольствие. Как я сделал это для Авроры. Я мог бы заставить мою маму чувствовать себя любимой снова. Показать ей, что есть мужчина действительно ценящий ее. Я мог бы превратить моего отца в этого человека. Но почему я должен это делать для него? Он ее не заслужил.

Мой взгляд переместился на него. Он был зол, по его пивному животу растянулась испачканная футболка, три дюйма волосатого живота торчали между нижней частью его футболки и поясом его спортивных штанов. Отраженный свет поблескивал на его лысеющей голове, его черные волосы истончались вокруг макушки, его лицо опухло от бесконечного пьянства. Он держал бутылку пива в правой руке, левая сжалась в кулак, он хотел избить мою маму.

Такой гнев пронзил меня. Я провел последнее десятилетие своей жизни, слушая, как он отрывается на моей матери во время его пьяного гнева. Чтобы она ни делала, это было недостаточно хорошо для него. Она никогда не могла приготовить достаточно хороший ужин. Дом никогда не был достаточно чистым. Она никогда не покупала правильный сорт пива. Он всегда находил причину кричать на нее. Он всегда бил ее, чтобы чувствовать себя мужчиной.

Что он сделал за весь день? Пил пиво? Спал? Он не мог удержаться не на одной работе из-за алкоголизма. Он даже перестал искать работу.

Это закончится сейчас.

Как бы я не хотел срочно заняться кровосмесительным сексом с моей матерью и потом когда будет возможность со своей младшей сестрой. Сначала я должен убедиться, что с моим отцом проблем не будет. Я дрожал от такого восторга, когда подошел к нему, глядя на его искаженное гневом лицо. Оказавшись в застывшем моменте, он казался ребенком, я увидел не ярость взрослого человека, а истерику испорченного ребёнка.

Он не заслуживал быть мужем моей матери.

Я прислонился прямо к его уху и дал ему первую команду: «Ты не можешь воспринимать вкус алкоголя. Это вызывает у тебя тошноту. Просто мысль об алкоголе тебе противно. Ты даже не можешь дотронуться до бутылки. Ты никогда не будешь пить алкогольные напитки».

Я ухмыльнулся, желая увидеть, как он бесится от того что он не может найти утешение за бутылкой пива.

«Затем ты будешь делать всю работу по дому, например, убирать комнаты, стирать белье готовить еду. Тебе не разрешено отдыхать дома, если есть не законченные дела, например не вымыта посуда, или не протерта пыль. Все, что ты заставлял делать маму каждый день, теперь твоя обязанность. Если что-то сломано, или нуждается в обслуживании, ты это все починишь. Ты подчиняешься мне, маме, и Кристалл, ты наш слуга».

Я вздрогнул, просто представив, как он делает что-то полезное для разнообразия. Не просто сидеть на своем кресле, как бесполезное бревно.

Я облизнул губы, затем начал свою третью команду: «Ты собираешься устроиться на работу. Ты будешь искать любые способы заработать деньги. Когда ты получишь работу, ты станешь лучшим сотрудником. Ты будешь преуспевать и зарабатывать деньги, чтобы содержать свою семью. Это единственная, радость в твоей жизни».

Я оглянулся на маму, глядя на эту обнаженную грудь. Моя следующая команда должна была приказать ему никогда больше не бить ее. Но сейчас...

Я хотел изменить это. Ярость пронзила меня, когда эта идея возникла у меня в голове. Я облизнул губы, мой член так сильно упирался в мои боксеры, подергиваясь и пульсируя. Я уставился на отца, организовывая свои мысли в поисках правильной формулировки приказа.

Я глубоко вздохнул, пытаясь справиться с жаждой, захлестнувшей меня. Это изменило бы все для моей семьи. «И наконец, когда ты злишься на маму, вместо того, чтобы кричать на нее, или бить ее, ты приведешь ее ко мне. Когда ты это сделаешь, ты упадешь на колени, и будешь умолять меня трахнуть ее».

Я вздрогнул, мой член почти вырвался из моих боксеров.

«Ты будешь умолять меня сделать тебя рогоносцем. Тебя будет возбуждать, что твой сын радует твою жену так, как ты никогда не мог. Это единственный способ для тебя получить сексуальное удовлетворение. Потому что ты никогда больше не будешь прикасаться к маме. Теперь она полностьюмоя».

От этих слов я чуть не кончил. Дрожь волнения прошла по моему телу. Я пытался занять место отца в отношениях с матерью. Я не знал, смогу ли сделать маму счастливой как Аврору, но попытаться стояло. Тем более это было так неправильно и поэтому так возбуждающе.

Я посмотрел на маму, лежащую на полу, сжимаясь от страха. Она этого не заслужила. Она должна быть желанной получать удовольствие от секса даже если это секс со мной с его сыном. Она была красивой женщиной, рядом со мной она бы снова расцвела. Она не будет шлюхой, как Аврора она станет моей любовницей.

Я не мог больше сопротивляться. Об отце позаботился, поэтому пришло время разобраться с моей матерью.

Я выпустил свой член, на волю избавившись от одежды. Это было хорошо, что мой отец был рядом, чтобы увидеть как у него появятся рога. Он этого не видит, как и моя мама, но мне приятно думать, что он наблюдает как его беспомощную жену трахает его, же сын.

Мой член покачивался передо мной, кончик так сильно пульсировал. Я дрожал от волнения, собираясь проникнуть в самое запретное место. Это было табу трахать собственную мать и поэтому так сильно возбуждало

Я очень хотел, чтобы моя сексуальная рабыня была здесь, чтобы помочь подготовить вагину моей матери для меня. Было бы так круто наблюдать, как Аврора заставляет мою мать промокнуть. А лучше было бы, чтоб Кристалл подготовила ее. От этих фантазий кружилась голова. Я улыбнулся, понимая, что это все будет в моем ближайшем будущем. И Кристалл и Аврора вычистят ее вагину от моей спермы, как только я смогу, нужно немножко потерпеть. Все это придет позже, пока же здесь моя мама Бетани Симпсон и я Джастин Симпсон. Сегодня и сейчас сын Бетани будет любить ее. Я покажу ей, что такое настоящая страсть.

Я упал на колени между ее бедер, мой член задрожал. Я погладил ее бедра, начиная с ее колен и поднимаясь выше, чувствуя шелковистое тепло ее кожи. Я добрался до ее халата. В отличие от моего отца, моя мама держала форму. Она это делала, чтобы угодить ему, надеясь, что он изменится. Она видимо думала, что если она будет выглядеть, сексуальной у моего отца будет меньше поводов на нее кричать. Это было так грустно. Она старалась, чтобы муж хотел ее. Не смотря ни на что, она все еще любила этого отвратительного ублюдка.

Но я это исправлю. Она будет стараться ради меня.

Мои руки достигли подола ее халата, подталкивая ткань вверх. Я обнажал все больше и больше ее плоти, мое сердце стучало в груди. Тени между ее бедрами отступали. Свет проникал все глубже и глубже между ними, пока моему взору не открылись ее трусики.

На ней были белые трусики, усеянные маленькими синими цветочками. Они не были чем-то особенными как восхитительные стринги Авроры и Кассандры, — но в них было что-то заманчивое. Эти простые, скучные трусики были трусиками моей мамы. Это было так неправильно. Я не должен прикасаться к ее телу таким образом. Я не должен ласкать ее бедра. Я не должен был видеть ее трусики.

А я все это делал и все это видел. Благодаря моим силам.

Мои руки поспешили расстегнуть пояс ее халата. Я распахнул махровую ткань, обнажив ее живот и другую до сих пор скрытую для моего взора грудь.

Ее сиськи были заперты в остановившемся времени. Они застыли, в колебательном движении во время ее падения. Ее соски были мягкими, и втянутыми, но я могу это изменить. Я застонал, очарованный их видом. Я облизнул губы, готовясь любить их.

Но сначала я должен был дать ей команды. Моя мама полюбила бы меня, прежде чем я пристрою своего дружка внутрь нее. Она не была Авророй. Она не была шлюхой для использования. И по этому, я не хотел изнасиловать ее. Я хотел трахнуть ее только после того как я внушу ей что она любит меня.

Я наклонился над матерью, упираясь на руки, посаженные по обеим сторонам от ее тела. Я поднес губы к ее уху, нюхая пряди застывших во времени волос. Её шелковистые пряди, касались моего лица.

Я прошептал ей на ухо: «Бетани я хочу, чтобы ты знала, что твой сын Джастин сильно тебя любит. Теперь он твой мужчина. Он будет защищать тебя, любить и трахать. Он не позволит больше ни кому причинять тебе боль. Твой муж, которого ты боялась, сколько лет подчиняется тебе. Он теперь твой муж только по документам, а в действительности он слуга в нашем доме. Он больше никогда не сможет обидеть тебя. Ты больше ни кого не боишься. И если он когда-нибудь разозлится на тебя, он вместо того чтобы орать, приведет тебя ко мне чтобы я трахнул тебя. И это будет возбуждать тебя», — мой твердый член дернулся от касания к ее коже.

Не смотря на то, что я желал трахнуть ее поскорее, я продолжал: «Тебе нравится, когда муж смотрит на вашу страсть с сыном. Потому что ты любишь меня, Бетани. Не просто как сына, а как любовника и единственного мужчину в дальнейшей твоей жизни. Твое тело жаждет моего прикосновения. Ты всегда мечтаешь о моем члене, и эти мысли делают твою пизду мокрой. Ты знаешь, что член, который вы вырастили в своем утробе лучший в мире. Твоя киска жаждет, чтобы я вернулся в тебя. Ты так сильно этого хочешь».

Я вздрогнул, когда сказал эти слова. Я сделал это. Я запрограммировал ее.

Мои руки дрожали, когда они достигли ее груди. Я схватил, сжал их и начал разминать сиськи, Мой большой палец теребил ее сосок. Было так волнующе чувствовать, как соски моей матери затвердели под моим прикосновением. Они росли, как будто вылезали из нутрии ареол. Когда то я касался уже этих сисек. Но в детстве они были для меня чем, то другим. Они утоляли мой голод. Но сейчас я наслаждался ими для утоления сексуального голода. Я облизнул губы, мой член пульсировал, касаясь ее шелковистой кожи. Я почувствовал покалывание на кончике члена, мои яйца напряглись.

Затем я прикоснулся языком, к ее сиськам, кружась вокруг ареолы и теребя языком соски моей матери. Я ласкал ее сморщенную кожу, покрытую маленькими бугорками.

А потом прикоснулся к ним своими губами и начал сосать их. Девятнадцать лет я не сосал эти сиськи. Мне захотелось почувствовать вкус ее молока. Я сжал губы, и начал сильно всасывать соски, как будто если я постараюсь, в рот польется ее сладкое молоко.

Я сжимал и разминал ее сиськи и сосал ее сосок. Не смотря на то, что ее сиски уже давно не выделяли молоко, мне казалось, что эти соски были сладкими как мед. Но скорее всего эти чувства рисовало мое воображение.

Я покусал ее кончик. Мне казалось, что Бетани дернулась от этого. Я менял ее грудь, сося их по очереди. Я наслаждался ими, чувствуя их у меня во рту. Я понял, почему младенцы сосут грудь перед сном. Было что-то настолько успокаивающее, в том, что у меня во рту был сосок моей матери. Мои щеки впали, когда я попытался всосать всю ее грудь, но даже малая часть ее пышной груди не поместился бы ко мне в рот. Я смог охватить лишь ее ареолы, наслаждаясь влажными звуками, которые я сам же и издал.

Она не издала ни звука, но я думаю, что ее стоны я услышу в будущем. Эти удушливые звуки удовольствия, когда она будет наслаждаться моими, прикосновениями Я знал, все то, что я делаю с ней сейчас, ее тело почувствует это, когда пройдет время, она будет поражена тем, что я с ней делал сейчас. Все эти чувства врезались бы в нее в одно мгновение как цунами, заставляя ее разум трястись в экстазе.

Я ущипнул и потянул за соски, вытянув ее сиськи. Мокрые от моей слюны, ее левая грудь выскользнула между моих пальцев Ее сиська начала возвращаться к своей нормальной форме, прежде чем время остановила этот процесс. Я улыбнулся, увидев эту замерзшую рябь. Волны только начинали катиться по ее мягкой коже. Я отпустил ее правый сосок, и усмехнулся, когда и правая грудь застыла во времени.

Я ударил ее сиську, не сильно, но достаточно, для того чтобы волны покатились по ее мягким холмам и замерзла.

— Боже, я люблю останавливать время, — сказала я в тишину комнаты.

Мой взгляд остановился на ее теле. Бьюсь об заклад, она вовсю текла после того, как я играл с ее сосками. Она уже была готова для меня, промокшая и горящая.

Я выпрямился и, прикоснувшись к ее трусикам, стянул их вниз по ее ногам, открывая моему обзору мохнатую дырку моей матери. Ее сок потянулся вслед за ее трусиками и застыл во времени. Я смотрел на нее, прижавшись к ее бедрам. Её соки растеклись по ее шелковистым лобковым волосам. Я сделал ее мокрой. Мои пальцы прогуливались в ее темный куст, раздвигая волосы, обнажая ее половые губы. Я раскрыл ее губки, обнажив ее розовые глубины. Ее страсть блестела на ее складках. Нужно ей сменить прическу подумал я. Мне нравилась прическа Авроры, и я представил перед собой побритую пизду Бетани с посадочной полосой темных волос. Я опустил голову, вглядываясь в глубины ее пизды.

Мы с сестрой вышли отсюда. И сейчас мой член будет приставать к ее дырке. Я мог бы трахнуть ее прямо сейчас. Я мог просто протолкнуть свой член в дыру, которая родила меня, и насладиться тем, насколько мокрой и сочной была моя мама.

Я шептал ей: «Ты не шлюха, мама. Ты просто любишь меня как мужчину. Тебе не стыдно за эту любовь. Тебе все равно, что другие считают инцест неправильным. Для тебя любить своего сына и быть оттраханной сыном — это нормально».

Держу пари, что папа никогда не лизал ее пизду. Он никогда не заставлял ее кончать с помощью языка. Но я это сделаю. Я посм

отрел достаточное количество порно. И я знаю, как это сделать.

Для меня было важно угодить этой женщине. Она привела меня в мир. Если бы не она, я бы никогда не получил столько удовольствия как сегодня. Она заслужила это. Она так же родила Кристалл, которая тоже скоро доставит мне удовольствие. «Плохо, что Кристал не здесь», — сказал я маме. «Но не волнуйся, она скоро присоединится к веселью. Твоя дочь будет лизать тебя. Я обещаю», — продолжал шептать ей, скользя руками по ее телу. Я улыбнулся, подумав что, Кристал, вероятно, сделает это, пока я трахаю ее раком.

Я продолжал шептать ей: «Ты будешь любить не только меня, но и Кристал. Потому что ты бисексуальна. Глубоко внутри, ты всегда жаждала пизду другой женщины. Не так сильно, как ты жаждешь мой член, но ты очень любишь лизать пизду. Особенно пизду Кристал. Ты любишь, когда она или другая женщина лижет тебе. И ты, мама не ревнуешь, когда я трахаю других девушек. Ты счастлива, что я наслаждаюсь ими. Тебе нравится, когда у меня есть другие девушки. Это делает тебя мокрой. Ты тоже хочешь ласкаться с этими девушками. Ты также хочешь найти мне рабынь, чтобы привести их ко мне в постель. Это докажет что ты меня любишь. Любовь ко мне это делиться со мной женщинами».

Мой член пульсировал, когда я глубоко вдохнул аромат сладкого мускуса моей матери. Я не мог больше ждать. Ее шелковистый кустик ласкал мои губы и щеки. Мой рот прижался к ее пизде. Я сунул язык в дыру, которая родила меня, кружась внутри нее. Я собрал ее сладкие сливки, представляя стоны страсти, которые она сделала бы, если бы не была заморожена.

Я представил, как она реагирует на меня, пока я пирую ее влагалищем: «О, да, да, Джастин! Я никогда не чувствовала что-то подобное раньше! Твой отец никогда не делал этого для меня»!

Соки пизды покрывают мои губы и щеки, я снова и снова проникаю языком внутрь. Я сосу ее складки, собирая все эти сливки. Я пью все это. Ее застывшее во времени тело производит большое количество соков.

Я обнимаю ее за бедра и притягиваю ее к себе. Я сую язык в глубины ее влагалища. Глубоко в ней двигая языком вокруг, я облизываю влагалище, мой член болит от зависти. Скоро я буду в ней. Но сейчас я хочу, чтобы она кончила мне в рот. Чтобы она получила удовольствие от моего языка. Когда время возобновится, ее ударит волна блаженства, задушив ее разум. Она получит сильный оргазм. Такой сильный и быстрый.

В моих мыслях она простонала: «Ты самый лучший сын, ни одной матери в мире, ни повезло как мне!»

Все больше сока моей мамы выливалось из ее глубин. Мне нравился ее сладкий вкус, я пью ее сливки, как будто это была амброзия. Мои руки сжимают ее верхнюю часть бедер.

Я перемещаю правую руку, скользя по ее животу и по ее коричневым кустам. Я раздвигаю ее шелковистые волосы пальцами, чтоб добраться до ее клитора. Я массирую ее бугорок удовольствия.

— Черт возьми, ты такая вкусная, мама, — сказал я, поглядев на ее лицо. Я поморщился. У нее все еще было выражение испуга, искажающее ее черты.

— Не волнуйся, мама, ты будешь чувствовать себя потрясающе. Я люблю тебя, Бетани, — простонал я между липкими складками. Продолжая пальцем массировать ее раздутый бугорок.

Я сосал ее половые губы, покусывая их, потирая кругами ее клитор. Я не мог дождаться ее взрыва. Мои пальцы танцевали все быстрее и быстрее на ней.

И тогда это случилось. Ее сладкие соки брызнули из ее нее. Я заставил мою застывшую мать взорваться от восторга.

Я знал что, когда снова время пойдет это удовольствие, мгновенно заглушит ее разум. Я выпил поток ее сока, я был таким хорошим сыном.

«О, спасибо, Джастин!» — Закричала она в моей фантазии. «Твой отец никогда не доставлял мне такого удовольствия! Ты намного лучше, чем он! Но сейчас мне нужен твой член»!

Я поднялся с ее пизды, мой член сильно дергался передо мной. Я смотрел на ее сиськи. На них застыли следы моих пальцев. Мой член уткнулся в ее мокрый кустарник, ощутив горячие складки ее пизды.

Мой член продвигался по ее коричневому кусту, убирая ее лобковые волосы с пути. Кудри не возвращались на место, мой член проложил путь сквозь ее джунгли.

Ее точно нужно побрить. Когда моя Аврора придет ко мне она займется ее прической. Но пока я буду наслаждаться ею так.

Я погрузился в пизду моей матери. Я застонал, от восторга, когда вернулась к ней. Ее горячая плоть поглотила меня, ее плоть все еще дрожала и дергалась от оргазма, который я ей дал языком. Мои яйца, тяжелые от спермы, врезались в ее анус. Моя спина выгнулась, когда я нависал над ней, опираясь на вытянутые руки, по обе стороны от нее.

В моих фантазиях мама скулила: «Пожалуйста, Джастин, ты мне нужен, трахни меня своим членом! Трахни меня сильнее, чем твой отец!». Мои фантазии рисовали похоть в ее голосе. Как сильно ей это нужно. Я не мог дождаться, когда она скажет эти слова по-настоящему.

— Да! — прорычал я в тишину комнаты.

В фантазиях мама отвечала мне: «Ах, ты такой большой! У тебя член гораздо больше, чем у твоего отца! Я родила потрясающего сына! И в своей утробе вырастила член для своей утробы».

— Мама! О, Боже, это удивительно быть в тебе! Ты такая горячая и сочная, Бетани! — улыбнулся я ей.

Я пытался увидеть страсть на ее лице вместо застывшего страха. Я знал, что выражение ее лица будет поглощено кровосмесительным восторгом, когда я разморожу время, потушив любые негативные эмоции в ней. Я откинул бедра, мой член скользил по ее сочной киске.

— Ты терпела все эти годы, чтобы воспитать идеального любовника для себя, Бетани!

Я снова вонзился в ее глубины, мои яйца сильно врезались в нее. Радость пронзила меня. Это был такой чудесный восторг, когда я трахал собственную маму. Я снова и снова втыкал свой член в ее кровосмесительную дыру. Я наслаждался ощущением от пребывания внутри нее.

Это было невероятно. Каждый удар посылал восторг рябью по моему телу. Трение об ее шелковистую плоть, превратился в экстаз. Это было лучше, чем быть внутри моей сексуальной рабыни Авроры. Это было так неправильно. Так запрещено. Сын не должентрахать свою мать.

— Черт возьми, мама! Ты удивительна! Я так сильно хочу кончить в тебя! — простонал я, наслаждаясь восторгом от ее пизды.

В моей голове мама отвечала: «Но я не предохраняюсь, Джастин! Твой отец сделал вазэктомию. Он ненавидит трахать меня с презервативом. И если ты кончишь в меня... О, Джастин, мне все равно! Кончи в меня».

Мои бедра качались все сильнее. Залет моей матери окончательно унизил бы моего рогоносца отца. Мои яйца, тяжелые от моего семени, снова и снова ударялись об ее плоть. Я снова и снова погружался в свою мать, наслаждаясь ощущениями.

Я облизал свой губы, наслаждаясь остатками мускуса моей матери. Я застонал, когда врезался в нее еще глубже. Я снова и снова входил в ее пизду. Ее плоть сжала меня. Ее тело сильно возбудилось в застывшем времени.

Моя мама собиралась кончить от моего члена.

Эта мысль усилила удовольствие. Я хотел разгрузить мою сперму в нее. Я стискиваю зубы, борясь с желанием, кончит раньше времени. Она не была Авророй. Я хотел, чтобы она достигла апогея раньше меня. Я хотел, чтобы ее оргазм прошел сквозь нее, прежде чем я выпущу свое семя в ее матку.

— Пожалуйста, кончи, мама! — прорычал я.

Я не знаю, среагировало ли тело Бетани на мою команду, или это было просто совпадение, но ее пизда брызнула соками, намочив мои яйца. Ее второй оргазм прокатился сквозь ее тело. Я застонал, когда плоть моей матери сжалась вокруг моего члена, желая, получить в награду мое семя, для оплодотворения.

Шлепки моих яиц были единственными звуками, которые я слышал. Я бросил взгляд через плечо на своего замерзшего во времени отца. Я улыбнулся ему, когда собирался закрепить его новый статус рогоносца. Мои яйца напряглись, я так хотел этого пролить мою сперму в дырку, которая родила меня.

Я представлял, как кричит мама: «Да, да, да! Оплодотвори меня, пока мой муж мудак смотрит. Он рогоносец. Такой жалкий человек»!

— Слышишь, папа, — прорычал я, похоронив свой член в пизде мамы.

Мои яйца закипели. Моя сперма брызнула в плодородные глубины моей матери.

Я хмыкнул сквозь зубы, когда каждый выстрел моего семени с восторгом проникал вглубь матери. Экстаз врезался в мой разум, посылая эйфорию, струящуюся в моих мыслях. Я стонал от каждого взрыва. Я разгрузил в нее полную пизду кровосмесительного семени.

Ее вагина доила мой член. Она выжала меня до сухости. Она хотела каждую каплю. Я представил ее стоны удовлетворенного блаженства в моем сознании, когда пролил последние капли спермы в нее. Я наслаждался кровосмешением.

Когда мой оргазм прошел, я довольный упал на тело Бетани. Я уткнулся носом между ее пухлыми грудями. Я тяжело дышал, наслаждаясь этим моментом.

— Боже, я так тебя люблю, мама, Это такой невероятный трах. Если бы Аврора была здесь, она бы вылизала тебя начисто. Она обязательно будет поклоняться тебе. Ты будешь матерью и любовницей ее хозяина, — вздохнул я.

Я посмотрел на тело моей матери. Ее лицо покраснело. Она больше не выглядела так, словно боялась, а застыла в моменте полного восторга.

Жаль, что я не взял Аврору с собой для путешествия по замершему времени. Ее пошлая фантазия помогла бы мне развлечься по особому.

Наверное, она лежит в своей спальне уставшая и застывшая во времени.

Аврора Притчард

Я держала сок в руке. Человек странное создание. Еще в обед я была в шоке от этого, я дрожала и не понимала что происходит. А сейчас даже не удивилась, как будто это нормальное состояние.

Вместо шока, крика и истерики я подумала, кто интересно на этот раз развлекается.

Может мой Мастер может тот второй, а может кто-то новенький. И почему я не застыла. Наверное мой мастер подарил мне иммунитет от этого прикоснувшись ко мне а может из-за того что его жидкости были все еще во мне. Я точно не знала. Мне просто хотелось пить.

Но способов насладится холодной водой, я не могла придумать. И просто пошла обратно к себе, думая о Джастине.

Он, наверное, прямо сейчас кого-то трахает, наслаждаясь ее киской, почему же он не взял меня с собой, я бы облизала его новую шлюху, подготовила бы ее для моего хозяина. Может я что-то сделала не так, и Мастер разочаровался во мне. Нужно было больше стараться для него.

Нужно было успеть обратить Пэрис. Нужно было поспешить. Моему хозяину нужно больше рабынь.

Но сейчас я не успею добраться до Пэрис или Петры. Время может задвигаться в любой момент. Но как бы было хорошо, если бы я утром принесла ему подарок, в виде новой шлюхи. Он бы меня поблагодарил своим членом, может быть, даже отшлепал бы меня. Нужно это сделать, но где мне найти ему хорошую шлюху.

— Вот тупая блондинка, — сказала я сама себе.

Шальная мысль проскользнула в моей голове. И я побежала наверх, в комнату моей матери.

Распахнув дверь, я огляделась. Спальня моей матери было обставлено со вкусом. В середине комнаты стояла кровать с шелковыми простынями. Почему я не трахалась сегодня с Джастином в этой постели. Оно намного лучше моей. Я не достаточно умная для моего Мастера. И он в праве на меня обижаться.

На этой постели укрывшись пледом, лежала моя мама. Ее глаза были закрыты наслаждение застыло на ее лице. Ей было сорок два года, но она выглядела отлично. Такая же блондинка, как и я, но более элегантная. Я старалась быть похожей на нее. Но элегантности и изысканности мне не хватало. Она, целыми днями ухаживала за своим телом, Джастину она должна понравиться. И даже если он не захочет трахнуть взрослую леди, она может послужить для него. Например, я бы возбудила, своего Мастера показав ему лесбо — шоу с участием матери и дочки. Он должен оценить это.

Но смогу ли я как Джастин убедить её.

Я не умею останавливать время, но я как, то не застыла. Может мои слова закрепятся в подсознании моей матери. Попробовать стоило.

Я подошла к ней и распахнула плед и ахнула от удивления.

— Мама, ты такая шалунишка — сказала я, посмотрев на ее руку ласкающий бритую киску.

На ней было шелковое ночное платье. Ноги были раздвинуты, а средний палец правой руки ласкал клитор. Капля ее сока застыла во времени, указывая дырку страсти.

Я смотрела на ее лысую и аккуратную киску. На ней не было прически как на моей. Она была натуральной блондинкой, как и я и было бы лучше, оставить полоску светлых волос, в качестве доказательства ее натуральности. Я всегда боялась, что когда я рожу ребенка стану не красивой. И моя аккуратная киска растянется, а губки увеличится, теряя форму. Но сейчас глядя на красивую, аккуратную сочную дырочку, которая меня родила, я поняла, что это не так. Даже у рожавшей женщины очень привлекательная киска. И если я залетела сегодня ни чего страшного.

Моя вагина сжалась, вспоминая проникновения Джастина. Мне так хотелось снова трахатся. Но лучший член в мире, скорее всего, был занят в другой киске. Нет, я не ревновала. Я радовалась за своего Мастера, просто так хотелось ощутить его снова. Он запретил мне, перекосятся к другим парням, но запрета к другим женщинам не было. Я улыбнулась, слизывая застывшую каплю сока с киски моей матери.

Мой живот сжался. Волны похоти вырвались из моей киски, когда я ощутила вкус моей мамы. Я не могла удержаться от наслаждения. Это было так неправильно. Это заставило мою киску сжаться и пульсировать. Эта сочная табу-киска была передо мной.

Я дрожала, мои глаза смотрели на киску моей матери. Я могла видеть половые губы моей матери, раздвинутые моим языком.

Я издала стон, когда прижалась лицом к кровосмесительной дырочки моей матери. Я попробовала соки мамы, Ее сок был менее терпким, чем у Кассандры. Языком я раздвинула ее губки и пробралась во внутрь. Проникла в самые запретные глубины. По моему языку стекал ее сок. Перед тем как время остановилось, я хотела пить, и я нашла хороший способ утолить жажду. Я наслаждалась вкусом ее вагины. Она возбудилась еще больше и теперь ее соки уже смазали мои губы и щеки. Я пью и пью этот освежающий нектар, а ее застывшее тело производит все больше и больше. Я представляла, как в следующий раз так же буду слизывать сперму моего хозяина с этой дырочки. От этих мыслей я сама начала мокнуть.

Я лизала и лизала. Я плотно прижала свой рот к шелковистой киске моей матери. Мои глаза посмотрели на верх, ее лицо было скрыто от моих глаз огромными сиськами.

Я просто продолжала лизать, трепетать языком, не заботясь о том, что будет, если время задвигается прежде чем, я ее загипнотизирую. Эта безумная развратная похоть охватила меня. Я сунула свой язык глубоко в вагину моей матери, Я хотел выпить все это из нее. Было так чудесно чувствовать свежее выжатые соки этой элегантной женщины.

Я стонала в комнате, застывшую во времени, уткнувшись, между ног матери. Мне было все равно, почему ее сок может вытекать, пока остальная часть ее тела не двигалась.

Мне просто нравился ее вкус. Я радовалась, когда пировала в маминой дырке.

Я потянула руки, проскальзывая внутрь шелкового платья. Я играла с ее большими сиськами, сжимая и разминая их, любя ее тяжелую, пухлую полноту. Мой язык закрутился глубоко внутри ее дырки.

Мне нужно заставить ее кончить, чтобы напиться.

Мой нос прижался к ее клитору. Я знала, что это заставит мою маму чувствовать себя потрясающе. Я ущипнула ее соски, играя с этими силиконовыми шедеврами. Я знала, что она любит это. Если бы она могла двигаться, она бы вздрогнула.

Моя собственная киска сжалась, когда я представил, как моя мать кричит от восторга. Все больше и больше ее соков покрывали мое лицо, Это было так жарко, так неправильно. Я сильно сосала клитор моей матери, одновременно натягивая ее соски.

Мой язык переместился в ее дырку, проникая еще глубже, а моя рука переместилась на ее клитор. Я пытаюсь добраться до ее точки G, но язык у меня не такой длинный, а жаль.

Надо перестать облизывать ее, надо прошептать ей нужные слова, чтобы сделать хозяину подарок. Я могу не успеть. Время может в любой момент зашевелится. Но я не могу себя заставить оторваться от этого источника возбуждающей влаги.

Но все, же нужно поторопиться. Ласкать ее побыстрее и поинтенсивнее.

Моя вагина пульсирует от зависти, как я хочу, чтобы Джастин проник в нее. Я так возбуждена. Нужно потерпеть до утра Хозяин обязательно поблагодарит меня, только надо успеть обратить мою мамочку.

Мне нужно чтобы она побыстрее кончила мне в рот, обрызгав все мое лицо. И когда время возобновится, оргазм настигнет ее, она почувствует блаженство, Такое же как и я сегодня утром. Она поймет как ей хорошо, она поймет, как прекрасно быть шлюхой, она будет счастлива, как и я.

Я была такой плохо девушкой. Я не должна наслаждаться этим. Я не должна любить вкус моей мамы. Я не должна превращать собственную мать в шлюху. Но я это делала, и это было чудесно.

Все больше и больше сока выделяла моя мама, скоро наступит ее оргазм.

Я переместила язык, на ее клитор, а палец сунула в нее и наконец, добралась до ее точки G. Я интенсивно двигалась в ней, мой пальчик ласкал ее из нутрии. Хлюпающие звуки наполнили комнату. Влага моей мамочки стекала по моим рукам. Вот-вот она кончит, главное не упустить этот момент.

Я присосалась ртом к его дырочке, вытащив из нее пальчик. А смазанный соками палец пристроила к ее второй дырочке. Я проникла в ее кишечник, она почувствовала это. Ее соки брызнули мне в рот. Я заставила мою мамочку кончить. Она взорвалась от восторга, ей явно нравилось анальное проникновение.

Ее соки хлынули из нее. Я провел ртом по ее отверстию, позволяя ее сладким сливкам стечь мне в горло. Я была в восторге от ее аромата. Я пировала, глотая это. Я проглотила все это с такой сильной жаждой.

Я знала, когда время пойдет поток удовольствия захлестнет ее. Я выпила всю ее влагу, утолив свою жажду.

Нужно было ее загипнотизировать.

Я раздела ее, обнажив ее шикарную грудь. Она была большой, упругой и не обвисшей. Чудеса пластиковой хирургии. На ее теле не было ни единой морщинки, Она была идеальной.

Я легла рядом с ней, уткнувшись к ней на ухо и начала шептать: «Мама ты рада, что твоя дочь Аврора стала рабыней Джастина Сэмпсона, ты счастлива, что она шлюха. Сама ты тоже хочешь быть рабыней Джастина, тебе нравится его член, ты мечтаешь о нем. Так же ты мечтаешь лизать киску дочери, ты любишь лизать киски. Ты бисексуальна мамочка».

Произнося эти слова, я ласкала ее сиски, теребила сосок. Время от времени засовывал свой язык в ее ухо. Так же я ласкала себя. Мне было так хорошо обнимать мою мамочку. Я мечтала, чтоб она зашевелилась, обняла меня и поцеловала.

Как она отреагирует? Как воспримет мое присутствие? Смогла ли я загипнотизировать ее? Это были вопросы, на которые у меня не было ответа.

Я продолжала ласкать свой клитор, время от времени засовывая пальцы внутрь себя.

Я хотела, чтоб Джастин был здесь. Я хотела, чтоб он трахал нас двоих. Я хотела, чтоб он отшлепал нас. Я хотела, слизывать его сперму с киски матери. Я хотела, чтоб мамочка лизала мне. Я хотела, я хотела и хотела...

Джастин Сэмпсон

Как бы я ни хотел насладиться блаженством момента, я также жаждал, чтобы все мои новые команды вступили в силу. Я поднялся с моей матери, мой член все еще был твердым.

Я удивлялся моей выносливости, я целый день трахался, но член все время хотел еще. Я кончал и кончал, но сперма во мне не кончалась. Я бы, наверное, мог осеменить весь город. Может быть, это благодаря моим новым силам я не знаю. Но одно я знаю точно, мне это нравится. Мне нравится трахать женщин молодых и зрелых. Мне нравиться трахать Аврору мне нравиться трахать мою маму. И я собираюсь трахнуть как можно больше женщин. И, конечно же, я собираюсь трахнуть Кристал.

Как жалко, что я не дождался, ее она уже сейчас была бы моей. Я бы ее запрограммировал быть моей любовницей и любовницей моей мамы. Она была бы счастлива, любить меня.

Я встал, мои колени дрожали, соки моей мамочки капали с моего члена, и замерзали в воздухе, не достигая, пола. Я улыбнулся, увидев позади небольшое созвездие. Состоящие из коктейля любви матери и сына. Черт мне нравятся мои силы.

Я радовался, как ребенок когда услышал скрип.

Входная дверь открылась.

Моя голова развернулась, чтобы посмотреть на открытую кухонную дверь. Там кто-то двигался. Тот, кто не был заморожен. Мой живот сжался в шоке. Был ли это другой человек, который остановил время ранее сегодня? Они поняли, кто я? Они нашли меня? Что делать?

Я голый выбежал из кухни. И столкнулся со своей сестрой Кристал

— Что? — Я уставился на нее.

Она положила руки на бедра, изогнув тонкую черную бровь на меня. Веселье сорвалось с ее эльфийского лица.

— Я зналаэто! Это ты останавливаешь время. Ты такой же как и я, — воскликнула она.

Я моргнул, увидев мою восемнадцатилетнюю сестру. Я стоял голым перед ее миниатюрным телом, когда она подпрыгивала на ногах. Ее косички танцевали вокруг ее лица, когда она хлопала в ладоши с таким радостным восторгом. Затем она моргнула и замерла. Ее взгляд опустился на мой голый член. Ее щеки покраснели.

— Джастин! О, боже, я знала, что ты весь день трахал Аврору, но как ты посмел перевести эту шлюху к нам в дом? — взвизгнула она.



177

Еще секс рассказы
Секс по телефону
Секс по телефону!