Юлю привела Мрячка, которая как-то когда мы гуляли по Лысой горе, мне её расхваливала, мол «такая классная:». Не помню где мы встретились, но в итоге оказались на кладбище, на нашем любимом столике — это прекрасное место пьянок доживало тогда свои последние времена. Пили вино. О чём мы тогда говорили?! Мне кажется, что на какое-то время я слегка отрубился. После мы оказались у Бобби дома, — так звали моего друга, с которым встречалась Мрячка. Допив вино стали ложиться спать. Мы с Юлей на полу, — на одеяле, они на кровати. Ну естественно поцелуи, обнимания и попытки сделать ЭТО. (Некоторое время назад у меня была возможность потерять девственность, но всё закончилось позором)... Так вот, начало оказалось довольно лёгким чем мне казалось по прежнему опыту. Я без проблем вошёл в её тёплую влажную детку. Видно под действием вина она возбудилась и без моих неумелых ухаживаний. Ну если начало оказалось лёгким то конец... вобщем конца не последовало. Это так глупо! Трахаешь красивую девочку, трахаешь, и приходит мысль — а, зачем это всё? Какой в этом смысл, удовольствие? Ну короче типично молодёжная потеря либидо. В ту ночь я так и не заснул, слушая поскрипывания кровати Бобби, — слишком сильный был удар, тем более всю вину конечно принял на себя. А, на утро последовали обильные извинения, прятанье глаз слова «ничего страшного». И Юлька с Мрячкой уехали. Я их провожал до электрички, тогда падал крупный рыхлый снег но было не холодно. Я сказал ей что позвоню и поехал домой.
Странное чуство тогда у меня было — как будто у меня появилась девушка, но что делать с ней я не знаю. Юля мне показалась молчаливой, какой-то детской; внешне ничего необычного но вполне симпатичная. Честно говоря я даже не помню помнил ли я её имя после первой встречи. Это, а, так же моё фиаско и моя лень были причиной того что я ей так и не позвонил. Пока Мрячка не спросила меня почему я не звоню Юле и что та про меня спрашивала.
Тут уж мне некуда было деваться, к тому же мне нужна была девушка что бы не выглядеть белой вороной. И я позвонил.
И вот снова кладбище, наш столик и портвейн. Я пил как можно больше что бы отключиться и избавить себя от ночных мучений, но опьянение как назло не наступало. Юлька на меня лукаво поглядывала. Наконец мы допили весь портвейн и пошли к Бобби. Ужасная минута приближалась... Мы пришли к Бобби домой и стали ложиться спать. Всё таки опьянение дало свои плоды и я возбудился смотря на раздевающуюся Юлю. Её возбуждённые соски, красивой формы сиськи и лукавый взгляд притягивали моё внимание. В горле моём пересохло, я сглотнул, подошёл к ней сзади и обнял её грудь. Грудь была упругой, тёплой, а соски были твёрдыми и большими. Опустив руки ниже я провёл их по её гибкому телу, взяв её за бёдра и чуть приподняв её попку подставил свой возбуждённый член. Она молча начала навинчивать свою киску на мой разгорячённый болт, её дыхание стало прерывистым она легонько застонала и стала двигаться то подымаясь то опускаясь. Так продолжалось минуты две, потом она стала на колени и я продолжал трахать её в этой позе. И тут вместо того чтобы наслаждаться нежным девичьим телом мне в голову опять полезли разные нехорошие мысли. Я испытал отчаянье. Неужели мне так и не дано испытать настоящий оргазм, наслаждаться сексом? Видимо почуствовав моё состояние она резко, испытующе повернула голову. Оценив ситуацию она видимо приняла какое-то решение. В полумраке комнаты её глаза загорелись каким-то особенным светом.
— А, ты не хочешь сделать ЭТО по экстримальному? Так как мне очень нравится? — спросила она.
Я был в недоумении: что она имеет в виду? Она тем временем приняв молчание за знак согласия осторожно вынула мой член из влагалища и начала его мастурбировать довольно энергично. Затем не изменяя позы она провела им вверх по влажному влагалищу и подставила к своей маленькой дырочке попытавшись насадить свой задик на член. Я испытал потрясение, я даже не мог себе такого представить. Это было для меня чем-то таким грязным и извращённым что даже не присутствовало в моих сексуальных грёзах. Куда делась её детскость её молчаливость! Её тело прямо таки источало похоть! И вот она призывно вертит своей попкой пытаясь вставить мой член себе в анус. От этой мысли и от вида страждущей юлькиной попки член мой прежде упавший буквально за доли секунды налился кровью и встал так, что стал побаливать. У меня пересохло во рту, в глазах всё поплыло от возбуждения и плохо осозновая что я делаю я придвинул головку члена ко входу в её горяченькую дырочку и нажал со всех сил. Она вскрикнула и быстро мне шёпотом:
— Ок-куратнее! Это тебе не киска! Нежнее!
Головка моего члена была густо покрыта смазкой её влагалища, и я успел продвинуться на несколько сантиметров. Я умерил пыл, и постепенно то вынимая то погружая член расширил проход настолько что погрузил член почти наполовину. Его обволакивала горячая и мягкая, прямая кишка Юли. Она довольно громко стонала.
От осознания того что я трахаю её прямо в зад, от её стонов и от её пульсирующей дырочки я совсем потерял контроль над собой и забыв про осторожность со всей силы вогнал член во всю его длинну. Она взвыла и попыталась вырваться. Но я прижал её к полу, распримив её ноги и раздвинув их в стороны. Так мне было легче её котролировать что бы она не вырвалась. Вытащив член почти полностью, я опять вогнал его до конца. Не обращая внимания на её протесты я продолжал трахать её с всё большей силой. Наконец она стала легонько постанывать что вскоре перешло в громкие стоны и даже крики. Отпала нужда её держать: она сама насаживалась на член крича от боли и наслаждения. Мы поменяли несколько поз прежде чем я почуствовал что меня вот вот разорвёт оргазм.
Я простонал: — Я сейчас кончу! И начал кончать ей прямо в зад. Спермы было так много что у меня заболел член и мне пришлось его вынуть чего я не хотел. Вслед за этим кончила она и её тело забилось в экстазе.
Мы молча лежали и пытались отдышаться. Через некоторое время она подползла ко мне и ни говоря ни слова взяла мой член в рот. Юлька стала его сладострастно сосать вынимая лишь затем что бы набрать воздуха. А, надо сказать что член мой совсем не упал после того как я кончил а, лишь на несколько секунд потерял чуствительность. Она томно застонала и я воспринял это как руководство к действию. Я передвинул её так что бы её киска оказалась у меня возле губ. Я стал страстно её вылизывать, а позже повинуясь порыву начал целовать её сладкую дырочку. Я даже запустил туда язык и старался проникнуть им как можно дальше. Стараясь приглушить боль которую причинил мой бешенно скачущий член. Она тихо постанывала.
Во этот раз мы занялись традиционным сексом, и я наконец-то понял какой смысл в «этих движениях»! После этого секса мы откинулись на матрас полностью опустошённые не в силах даже сказать друг другу что-либо. В ту ночь я заснул мёртвым сном и провалялся до обеда в полной пустоте. Когда мы поднялись, мы посмотрели друг на друга понимающими взглядами и понял что позвоню я ей очень скоро...
А на прощанье Бобби нам сказал:
— Ну блин вы и шумели вчера ребята!
154