— Козел! Подлец! Ирод! И как духу у тебя хватило!?
«Меньше разговоров, больше дела» — подумал я и заткнул ее рот носком. Она была привязана ремнями к кровати, к той самой кровати, на которой я так много ночей провел думая о ней. И сладко дроча. Один палец в пизду, второй, третий...
Хуй мой давно колом стоял, но нужно потерпеть. Нет для нее сейчас хуже униженья, чем получить удовольствие от насильника. Никто не может устоять от поцелуев в шею. А если нежно провести язычком, да в ушко залезть... в эту секунду сосочек сдавить...
— Ммм блядина, че мычишь? Нравится тебе? Нравится, да? Небось ебарь твой так тебя не ублажает? Если бы я знал, что она окажется такой податливой, изнасиловал бы еще лет 5 назад Пизда ее так сочилась, что казалось скоро соседей затопит. Я не могу больше терпеть.
— Я сейчас освобожу твой рот. Но для дела, ясно, сука? Только попробуй закричать Амм, ее рот такой нежный, будто специально созданный для хорошего отсоса. А блядина то похоже прониклась, сосет и не рыпается... ачч... черт, только бы не кончить. — Ладно, хватит пока.
— Развяжи меня, я не убегу, честно. О эти глаза олененка! Когда то я горы мог свернуть, лишь бы она на меня так посмотрела... Конечно же я развязал ее. Она перевернулась на живот.
— Ну же! Вставь мне, скорее! — полустоном-полукриком потребовала моя шалашовка. А видок какой! Слюни по лицу размазаны, по телу следы от ремней остались, на голове что называется «я упала с сеновала», из манды капает-прелесть, а не девка! — Сфотографировать бы тебя, да ебарю твоему послать-мимоходом между фрикциями произнес я.
— Не не не не надо Я засунул ей в рот палец.
— Шлюха, шалава, потаскуха, подстилка сраная... На каждое слово хлопок по заднице. И тут она как ЗАСТООНЕТ, пизда как сожмется, да хуй начнет выталкивать.
— Бляяя!!! — заревел я как медведь, и стал вкачивать сперму ей в дырищу. На следующий день я вновь встретил ее утром. Она заметно прихрамывала.
— Ну как дела, красотка?
— Отвали, придурок!!! Теперь у нас все будет хорошо. Я уверен.
219